Хоть все были и неглупые, а жизнь складывалась по-разному. Один полностью посвятил себя работе. Создавал новые проекты, не забывая при этом активно себя пиарить, все время носился с новыми идеями, и зарабатывал очень неплохие деньги.

Второй был несколько спокойнее. Он тоже любил и хотел зарабатывать деньги. Причем, в отличие от первого товарища, для которого деньги были самоцелью и способом укрепления самооценки, второй товарищ склонялся к мысли, что деньги ему нужны для того, чтобы в один прекрасный момент перестать думать о работе, и заниматься в любой момент только тем, что ему нравится. Смешно, но первый декларировал тоже самое, прикрываясь утверждениями, что его нынешнее занятие и есть то, что ему нравится больше всего.

Ну а третий… а третий и так занимался тем, что ему нравится. Он зарабатывал намного меньше, чем два других товарища, работая ровно столько, сколько ему хотелось. Остальное время он посвящал семье и творческим увлечениям. Сколько раз он хотел сорвать двух товарищей на рафтинг или обычный поход… Каждый раз у них находилось «неотложное дело» и «важная встреча». Причем «важная встреча» произносилось с таким благоговением и пафосом, что у третьего товарища даже возникало некое чувство неловкости – мол, как он вообще посмел такое предложить, когда ВАЖНАЯ ВСТРЕЧА намечается…

Первый и второй товарищи, надо сказать, были весьма самоуверенными и понтовыми типами. В их случае это не было пороком – ребята сами всего добились, и отчасти справедливо чувствовали себя хозяинами своей, «локальной» жизни. Впрочем, отсутствие достаточного жизненного опыта (их реальный возраст здесь ни при чем), не позволяло им отделять зерна от плевел, и избавиться от дурацкой привычки чесать всех под одну гребенку. Они и третьего товарища частенько подначивали, а «за глаза» и откровенно называли чем-то вроде «идиота» и «та дурак он». Особо усердствовал первый, его «лузеры» почему-то особо раздражали, хотя себя он таким не считал, да и никто из «лузеров» в его жизнь особо не лез.

Писал, писал…

Эта история должна была по задумке закончиться чем-то жутко душещипательным, после чего все поняли бы, что главное в человеке – не деньги. И даже не его ум. Впрочем, на этой стадии написания до меня вдруг дошло, что писать такое – бесполезно. Ибо кто-то все уже понимает, кто-то скоро поймет, а кому-то понять не дано никогда. И хорошо это, или плохо – решать не мне.

Навеяно: этим, этим и этим.  

Из большого пляжного полотенца было сооружено страшное орудие убийства. Всем известная «морковка» с распушенным концом. Подбираться пришлось долго и осторожно. Высота потолка – 3,20 м. Нужно было не ошибиться с ударом, поскольку у инсекта было явное преимущество в позиции.

ХЛОП!

Богомол падает вниз, полотенце тоже падает, я в ужасе выбегаю из комнаты. Через пару десятков секунд возвращаюсь.

Мда, богомол уже пришел в себя и карабкается вверх по стене. Ладно, у нас на этот счет тоже есть план.

С полки берется один из томов двухтомника Collin’s. Из Dictionary и Thesaurus я выбрал Thesaurus. Долго описывать процесс не буду. Все случилось молниеносно, удар был неотвратим и мощен.

Будучи не в состоянии двигаться, богомол еще минут 20 шевелил лапами, пока его окончательно не прикончил мой кот Стюша. Поигрался с ним минуты 3.

Документальные свидетельства (прошу прощения за качество, съемка велась подручными мобильными средствами):

 Богомол на стыке ламинатных панелей. Бррр…

 Богомол рядом с игрушкой из «Киндер Сюрприза»

Метро. Душновато, все друг друга заинтересовано разглядывают. Сначала на меня уставилась какая-то женщина лет 30, причем минут 5 она смотрела в упор куда-то… где-то… в общем, в область ниже пояса. В чем был прикол, я так и не понял. Позже проверил ширинку – была застегнута. Наверное, медитировала, и ей было пофиг куда смотреть. Затем зашла симпатичная девушка. Начинающая бизнес-леди. Аккуратная черная сумочка, стильный кожаный портфельчик для бумаг, псевдо-скромная блузка и юбка-миди. И синяки под глазами :( Видать, от хронического недосыпания. На следующей станции девушку затолкали куда-то в глубь вагона.

Зашел мужичок, продавец какой-то очередной фигни (30 копеек, на гривню четыре штуки). В вагоне шумно, поезд как раз разогнался, а он идет по вагону и что-то бормочет, рекламный месседж, судя по всему. Стало его жалко почему-то. Дебильная страна. Честное слово. Мужик ведь не какой-нибудь алкаш или бездельник, который валяется дома в очередном запое. Он одел какие-то старые штаны, подвязанные веревочкой, и пытается заработать себе на жизнь. Не попрошайничает, а именно зарабатывает. Причем очевидно, что ему как-то стыдно, что ли, таким заниматься… а другим нечем. Дебильная страна.

Поднимался на эскалаторе, стоял за парнем. На кофте у него сзади было написано «СССР». Когда выходили из метро, он развернулся к киоску. На футболке спереди сияла надпись «Argentina». Как пить дать – адепт Интернационала. Интересно, как там коммунисты Аргентины поживают?

Как в Аргентине, не знаю, а вот китайские явно чем-то левым занимаются. По крайней мере, именно это утверждает мини-пикет из одного человека, расположившийся напротив посольства «People’s Repuplic of China». На разложенных прямо по тротуарному асфальту плакатах было написано, что правительство Китая изымает органы у живых студентов… а вот дальше не прочел, быстро шел и не успел. Прямо посреди этой протестной макулатуры сидел молодой китаец в позе Лотоса. Медитировал. Занятно. Вспомнилась дама в метро.

Подъехал в центр города, на Красноармейскую, встретиться с дружищем. Пока ждал, понял, что хочу хороший автомобиль. Особенно на это мое желание повлиял ярко-красный Bentley Coupe. Знатный транспорт. Мега-знатный.

Пришел дружище. Завалились в довольно приличное заведение, решили побаловать себя и заказали медальйоны из телятины под сыром с картошкой фри. Я себе еще Leff темный организовал. Пиво такое бельгийское разливное. Отличное, стоит отметить, пиво. Счет намечался довольно приличный, но как же приятно сидеть в таких ресторанчиках. Ненавязчивая живая музыка, спокойные, доброжелательные официанты, приятные мелочи вроде свеженького хлеба и солоноватого маргарина с укропом (подается просто так). Чувствуешь себя человеком, хочется денег на эту жизнь зарабатывать, честное слово. Обсудили последние тенденции баблокоса, поперемывали косточки еще одному другу, которого выкурить куда-то чрезвычайно сложно. Приятные получились посиделки. Потом подошел еще один хороший знакомый, мой тезка. Работает, кстати, в Deloitte Touche. Вот здесь хотелось бы чуточку отвлечься.

Да, солидная контора с мировым именем. Да, офигенный соцпакет. Да, тренинги за городом на классных базах отдыха. Да, неплохая по столичным меркам зарплата. Но его там, простите, откровенно ****. На букву «т» заканчивается. Да, лет через 10-15 он купит себе иномарку. В кредит или даже накопит на полноценную покупку. Да, он будет получать приличную пенсию. Но я не видел ни одного человека, который проработал на крупную контору десяток-полтора лет и сохранил беспристрастный подход к определенным вещам. Я, возможно, а может и наверняка, заблуждаюсь, но я почему-то уверен на все 100, что работа в условиях жесткой корпоративности напрочь убивает возможность человека мыслить за рамками корпоративной стратегии. Я не говорю о членах совета директоров и инвесторах. Я говорю о тех, кто заставляет эту махину работать. О рядовых менеджерах от низшего до высшего звена. И я этого боюсь. Боюсь попасть в ситуацию, когда мне ради повышения придется сказать «да» там, где я хочу сказать «нет». Сказать «я согласен» там, где я ну нифига не согласен. А без перспектив повышения мне все эти корпорации и подавно не нужны, верно?

Засим буду заканчивать данное мыслеизлияние и пойду заниматься делами более приземленными и насущными – зарабатывать деньги на свою в чем-то чудесную, а в чем-то совершенно дурацкую и бессмысленную жизнь. В которой деньги перестают иметь смысл только тогда, когда их много, и хватает мозгов не гнаться за еще большими.

Адью.